Во многом отсюда ЂЂЂ и репрессии, явно чрезмерные. Но надо учитывать, сколь живо во многих было мироощущение Гражданской войны.
Или вот, к примеру, докладная записка замнаркома тяжелой промышленности, начальника Главцветметзолота А.Серебровского наркому Г.Орджоникидзе об обследовании работы Калатинского и Красноуральского медных комбинатов, в ней говорится: «Надо на Калате расчистить всю головку, чем мы и занимаемся теперь. Эту атмосферу лжи, обмана, очковтирательства надо уничтожить. Сил нет от их вранья. Даже в журналах официальные записи работы неверны. Спекальная фабрика не работает, а по журналу она проводится и т. д.». Негодование Серебровского вполне понятно. Приводимые им многие примеры рисуют картину «явного и наглого мошенничества», которое необходимо «уничтожить», «подвернуть гайки покрепче, а то народ на местах распустился до безобразия». Заметим, что требование «подвернуть гайки» возникло не только у Серебровского.
Свои проблемы возникли и с управленческими кадрами. В их рядах были и сторонники постепенных реформ в духе Столыпина, и энтузиасты мировой революции, и те, кто просто ставил личное благо выше модернизаций-мобилизаций.
После Гражданской войны крестьянская масса в связи с исчезновением угрозы реставрации прежних порядков утратила интерес к коммунистам и на их попытки втянуть ее в государственное строительство ответила восстаниями. НЭП временно примирил обе стороны. Но вскоре оказалось, что перед лицом тектонических сдвигов в мире 20 миллионов крестьянских хозяйств, в которых до 40 процентов пахали землю деревянной сохой, не могут обеспечить индустриальное развитие страны. Отсюда берет начало ускоренный процесс модернизации Советского Союза. Понятно, что кадры для этой модернизации пришлось рекрутировать из простонародных глубин. Однако призванные на промышленные стройки крестьяне не могли так быстро, как требовалось, приспособиться к дисциплине, технологическим нормам, социальным требованиям.
Вопрос об этом остро вставал и раньше. Так российская имперская элита (шире ЂЂЂ российское образованное общество) потерпела катастрофическое поражение, когда отказалась от постепенных реформ ВиттеЂЂЂСтолыпина. Во время войны она организовала заговор против Верховного главнокомандующего Николая II и совершила Февральскую революцию, с чего начался распад империи. Гражданская же война ЂЂЂ это спор Февраля с Октябрем за то, кто будет проводить модернизацию. А Октябрь ЂЂЂ это не только большевики, но прежде всего 85 процентов населения страны, крестьяне, из которых только одна пятая часть были грамотными. Они получили землю (даже путем разрушения высококультурных помещичьих хозяйств) и в силу этого стали, несмотря ни на что, главной опорой новой власти.
Недруги нашей страны в канун юбилея Победы вновь навязчиво внушают неосведомленным, что советское руководство «прозевало» начало войны, и это, дескать, предопределило огромные потери. Разберемся еще раз ЂЂЂ был ли СССР готов к войне?----------------------<cut>----------------------Если отбросить детали, то вопрос о перспективах нашей страны сегодня встал прямо: модернизация либо смерть. Хотим мы того или нет, история здесь выходит на виток, очень схожий с тем, что имел место восемьдесят лет назад. Помните? «Мы отстали от передовых стран на 50ЂЂЂ100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут». До начала Великой Отечественной оставалось ровно десять лет.
10 лет до 41-го. Был ли СССР готов к войне?
10 лет до 41-го. Был ли СССР готов к войне? :: NoNaMe
Комментариев нет:
Отправить комментарий